В XVII веке район Сретенки был застроен лавками торговцев и мастерскими ремесленников — это была в основном земля новой Сретенской слободы. Кстати, именно торгово-ремесленный характер этого района (мелкие дворы, требовавшие подъезда) определил необычный характер его планировки. Практически из любого путеводителя по центру Москвы вы узнаете, что длина всей современной Сретенки — всего 800 метров, но она буквально изрезана переулками: по левой стороне улицы их семь, а по правой — девять. Добавьте к этому числу и переулки, которые не выходят прямо на Сретенку, но находятся от нее в непосредственной близости. Писатель-москвовед А. И. Вьюрков обратил внимание на одну характерную черту улицы Сретенки: на ней нет ворот. Все дворы выходят только в прилегающие переулки. Этот факт не случаен — купцы-домовладельцы старались использовать каждый метр так называемой «красной линии» под торговые помещения с витринами, а переулок был при каждом доме.

О том, чем здесь занимались мастеровые, лучше всего могут рассказать топонимы — названия сретенских переулков: Печатников, Колокольников, Пушкарев, Мясной, Просвирнин. Именно из-за этого своего третьесословного склада Сретенка была нелюбима московским дворянством, людьми «благородными». На Сретенке никогда не было ни одной дворянской усадьбы. По этой же причине на улице не было богатых магазинов, таких, как на Петровке, Тверской, на Кузнецком мосту. Зато на Сретенке было в изобилии всяких лавок — мясных, рыбных, зеленных, было множество мелких магазинчиков, трактиров, чайных, парикмахерских, дешевых меблированных номеров. Ну и, наконец, в самом конце Сретенки, у Сухаревой башни, раскинулся знаменитый, самый большой в городе, рынок, на который, как писал Гиляровский, «как на праздник, шла вся Москва, и подмосковный крестьянин, и заезжий провинциал».